• Пушкин в Шанхае

    Пушкин в Шанхае

    Пушкин и Москва… Пушкин и Арбат… Привычные слуху и взору, с детства знакомые многим сочетания: перед свадьбой с Натальей Николаевной поэт поселился в доме номер пятьдесят три (дом Хитрово) и прожил там с молодой женой более трех месяцев. Многие места в Москве накрепко связаны с именем "солнца русской поэзии": от Богоявленского (Елоховского) собора, в котором его крестили, до Воротниковского переулка, где принимал друга Нащокин…

    Но вот необычное, не на слуху, объединение Пушкина и Шанхая, скорей всего, многих если не изумит, то во всяком случае, приведет в некое недоумение, ведь что же может связывать великого русского классика и Поднебесную... Между тем, благодарная русская община поставила памятник великому поэту. Казалось бы, в кипящем котле азиатского мегаполиса во главу угла ставят промышленность, экономику, финансы, развивающееся производство в Китае… До поэзии ли тут, до высокого искусства! Как выяснилось – и до него тоже есть дело. Впрочем, судьба этой инициативы непроста и нелинейна, драматизма в ней хватало. Вот как было дело.

    В год столетия со дня смерти поэта – а это февраль тридцать седьмого – русские в Шанхае решили установить бюст на высоком постаменте. Объявили конкурс, выбрали лучший проект, и его воплощение оказалось настолько удачным, что место, в котором был установлен бюст, даже назвали площадью Пушкина.

    Юбилей тогда отметили очень элегантно, сообразно одухотворенному восприятию русского гения – были и творческие вечера с чтением и обсуждением произведений поэта, и молебен, и концерт, и собственно церемония открытия памятника, собравшая множество людей. Высокая стела несла бронзовый бюст поэта, обращенного лицом в сторону Родины; совсем скоро окрестности памятника стали излюбленным местом отдыха не только соотечественников поэта, но и остальных жителей Шанхая: очень уж правильно и органично вписалась скульптура в городской ландшафт, столь уютно осеняли ее купы деревьев…

    Во время войны с Японией люди продолжали приносить к памятнику цветы; но однажды ночью возмущенные японцы бюст убрали и отдали его в переплавку…

    И лишь в восемьдесят седьмом году, после двух разрушений, на постамент водрузили – уже китайской работы – новый бюст Александра Сергеевича. На этот раз он смотрит не в сторону Родины, а на юг, в полном соответствии с древней традицией Поднебесной усаживать так уважаемых гостей…